Лиха беда начало, интервью Е.В. Басина
05 Окт 2008 СРО в прессе
Долгожданный, выстраданный наиболее прогрессивной частью российского строительного сообщества Закон теперь — объективная реальность, свершившийся факт. Предстоящие многочисленные поправки к нему, как и практически к любой новинке современной отечественной законодательной сферы, — процесс неизбежный и «долгоиграющий» ввиду неусовершенствовавшейся с начала Перестройки и по сей день самой этой сферы, а потому и воспринимаемый как должное. Казалось бы, чего теперь проще — исполняй себе на здоровье и спи спокойно.
Ан нет... Не спится что-то. Очень уж много кривотолков вокруг темы, вплоть до мрачных предсказаний типа «как создали Закон, так его тихо и схоронят, ибо никто из тех, кто был близок к пресловутым денежным потокам в сфере капстроительства, особенно касаемо госбюджетного финансирования, от своих привычных благ, получаемых благодаря оной близости (частенько нелегитимного свойства), добровольно уж точно не откажется».
А посему, уважаемый читатель, мы обратились с просьбой высказать свое мнение по затронутому вопросу к авторитетным специалистам строительного рынка, и в первую очередь тем, кто стоял, как говорится, у истоков. Итак...
Ефим Басин, генеральный директор ООО «КОРПОРАЦИЯ ИНЖТРАНССТРОЙ», Герой Социалистического труда, президент некоммерческого партнерства «Межрегиональное объединение строителей», председатель Комитета по строительству и ЖКХ ТПП РФ:
Лучшее — враг хорошего
— Уважаемый Ефим Владимирович! Как избранному президенту новорожденной организации совершенно нового типа, призванной объединить создающиеся саморегулируемые организации, Вам и первому наши вопросы. И начать, естественно, хотелось бы с рождения Закона. Это было легко, как бы между делом, в плановом, так сказать, порядке, или все-таки в муках?..
— Введение в действие Федерального закона РФ от 22 июля 2008 года №146-ФЗ «О внесении изменений в градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» коренным образом меняет систему отношений между бизнесом, работающим в градостроительной сфере, и государством.
Этим законом в строительной отрасли вводится саморегулирование. Другими словами, государство делегирует профессиональному сообществу, прежде всего, функцию ответственности за качество, надежность и безопасность возводимых зданий и сооружений на всех этапах их жизненного цикла: инженерных изысканий, проектировании, строительства и капитального ремонта.
Хорошо это или плохо, сегодня уже не обсуждается. Есть закон и его надо выполнять, даже если он несовершенен. В то же время хочу подчеркнуть, что этот закон, как никакой другой, разрабатывался и принимался при непосредственном и очень активном участии всех значимых профессиональных объединений: Российского Союза строителей, Ассоциации строителей России, Союза архитекторов, Российского общества инженеров строительства, Союза проектировщиков России, Союза по инженерным изысканиям и др. При этом Российский Союз строителей выходил на Совет с предложениями, предварительно согласованными с региональными профессиональными объединениями, большинство из которых приняли очень активное участие в этой работе. В этом обсуждении участвовали и регионы, и общефедеральные структуры, в том числе, естественно, комитеты и депутаты Государственной Думы. Прежде чем выходить в Правительство и к законодателям координационный Совет, состоящий из представителей перечисленных организаций, выработал единую позицию.
Как председатель этого Совета не скажу, что это было легко. К сожалению, отдельные наши предложения не были приняты в конечном документе. В будущем правоприменительная практика, конечно, покажет его слабые стороны и у нас всегда будет возможность внести поправки в действующий закон. Практически эта работа уже началась
В результате родился Закон, который мы считаем вполне приемлемым для того, чтобы его исполнять и внедрять в жизнь. Безусловно, лучшее — враг хорошего, проскользнули некоторые недостатки, не все удалось нам довести до логического завершения, доказать, но тем не менее, закон, я считаю, получился в целом неплохой.
— Возвращаясь к подготовительному периоду, когда ни голосованием Госдумы, ни подписью Президента еще не был узаконен сегодняшний вариант развития событий, ряд госдеятелей (напр. губернаторы Б. Громов, А. Ткачев) высказывались откровенно против института СРО. Другие (в т.ч. удмуртский министр А. Ходырев) были не столь радикальны, «ни то ни сё», т.е. выступали за некий гибрид — лицензирование и саморегулирование параллельно на переходном этапе. Третьи (председатель комитета Госдумы В. Плескачевский и др.) — обеими руками «за», но большей частью в интересах олигархических структур, в основном московских и питерских...
— В споре рождается истина. Относительно противоречий или некоторых высказываний вплоть до радикальных... У людей могут быть разные мнения и точки зрения, в том числе диаметрально противоположные, и все они имеют право на жизнь. Но в целом мы не увидели в предваряющих принятие Закона дебатах больших противоречий.
— И все же, не просматривается ли здесь боязнь государства и олигархата упустить бразды правления, рычаги влияния, или просто власть над громадным финансовым и товарным оборотом? Если и не власть, то хотя бы контроль, надзор?
— Конечно, представители власти, губернаторы, мэры или, скажем, олигархи могут опасаться, что у них из рук уплывают рычаги реальной власти и реального контроля за деятельностью, в данном случае, строительной отрасли, за значительными финансовыми потоками. Да, действительно, многие рычаги у государства выпадают. Но оно нередко и не справляется с осуществлением своих функций, не успевает или не научилось использовать эти рычаги. Не случайно оно сегодня либо вынужденно, либо добровольно, но передает часть этих функций на саморегулирование общественным организациям. И как раз первые варианты законопроекта о СРО оставляли государству очень много функций и рычагов. Нам удалось убедить Правительство России и Госдуму, разработчиков данного проекта. И, в результате, круг оставляемых государству функций и рычагов заметно сократился. Но некоторые остались. Это — ведение реестра СРО, регистрация самих объединений, утверждение перечня опасных видов работ, стандартов, допусков строительных организаций. Далее, проверка — не чаще одного раза в два года. Регулирующая роль, надзор и контроль со стороны государства остаются. Наконец, подчеркивается необходимость открытости СРО, то есть оно обязательно должно вывешивать на сайте сведения о своих членах, о работе.
— Государство — понятие общее. Все его рабочие функции, в том числе и надзорные, осуществляются совершенно конкретными органами.
— Да, действительно предполагается надзорный, управляющий орган со стороны государства, который, к сожалению, пока до сих пор не определен. Неясно, кто это будет — Ростехнадзор, или Министерство регионального развития... Причем, надо бы Правительству поторопиться с решением этого вопроса, потому что сегодня пора регистрировать наши организации. Надо подавать заявки на регистрацию. Надо, наконец, уже утверждать тот самый перечень наиболее опасных видов работ.
— На последнем расширенном заседании Российского Союза строителей вы высказались в пользу максимально высокого членства региональных СРО: «Чем больше, тем лучше, 100 а не 5-10, которые будут рулить у себя в регионе в угоду губернатору и себе». А как быть некрупным регионам, где и в самом деле трудно набрать сотню достаточно дееспособных строительных организаций? Каков наиболее демократичный, на Ваш взгляд, выход из таких ситуаций.
— Минимальное число членов в СРО вызывало много споров. Далекие, не очень сильные регионы предлагали не 100, а 25, 10 членов. Другие наоборот, говорили, что необходимы солидные организации, чтобы они имели приличные компенсационные фонды, а стало быть, они должны состоять значительно более, чем из 100 членов. Сторонником этой точки зрения был и я. Почему? Да потому что это должна быть не просто имеющаяся в городе или в регионе, а дееспособная СРО, с большим запасом ответственности и прочности. Если же вас мало в регионе — ради Бога, объединяйтесь с соседями. Образуйте межрегиональную СРО. Скажем, в пределах Федерального округа. Важно ведь что иметь в виду: допуски, выданные СРО в данной области или регионе, действуют на всей территории России. Не страшно, выдали ли это на Камчатке или в Якутии — можешь работать на Урале или в Сибири. Или наоборот.
С другой стороны есть опасность — местные власти уже сегодня с охотой объединяют вокруг себя «карманные» стройорганизации, раздают им по-свойски заказы. Те наперед знают, что будут строить. А это уже вредит конкуренции. Поэтому, когда они будут объединяться на территории нескольких регионов, это будет для таких не очень крепких регионов лучше. В целях создания именно конкурентной среды.
— Не явится ли новоявленная федеральная структура очередным вариантом министерства с монопольными полномочиями, а региональные СРО — его послушными подчиненными придатками, т.е. теми же главками, неплохо, кстати, работавшими в советские времена?
— То есть, не загоняем ли мы предприятия в СРО против их воли? Конечно же, это не так. Организация может никуда и не вступать, и работать самостоятельно. Но ведь сегодня, чтобы получить подряд или выступить в тендере на получение крупного заказа, нужно предъявить комиссии лицензию на право выполнять те или иные виды работ. Сегодня руководитель строительной организации идет за этой лицензией в Федеральный лицензионный центр, платит там деньги, представляет необходимые документы, получает лицензию. Добровольно идет. У него же не возникает вопроса — идти туда или нет. Не пойдет — значит, его не допустят к тендеру. То же самое здесь. Он может не входить в состав СРО. Но работать ему придется только на тех объектах, которые не требуют лицензии, которые не представляют опасности для потребителя, для окружающих, для природы. Скажем, может осуществлять отделочные работы или строить коттеджи.
Более того, этот Закон (№148) как раз несколько ослабляет эти требования. Он предусматривает утверждение Правительством России перечня видов работ, особо опасных для потребителя, для природы, для человека. Такой перечень должен быть утвержден Правительством в течение трех месяцев со дня вступления Закона в силу. Есть определенные виды работ, для выполнения которых необходимо получить допуск. А то, что не войдет в этот перечень, пожалуйста, можно выполнять без всякого допуска, без лицензии.
— Пожалуйста, Ефим Владимирович, хотя бы вкратце о двухуровневой системе СРО — региональном уровне и федеральном. Каким Вам видится взаимодействие этих уровней?
— Вообще-то такой ярко выраженной двухуровневой системы выстраивать не предполагается. Вот Вы говорите «федеральная структура». А что это такое? Предусматривается создание национальной СРО, которая будет формироваться демократическим путем на Всероссийском съезде региональными СРО. Причем, кворум — присутствие двух третей территорий и двух третей организаций. Более того, руководство национальным органом этой организации тоже выбирается на определенный период — не более двух лет. Поэтому будет регулярно сменяться, находиться под контролем.
Ставка делается на региональные организации, которые должны создаваться в регионах. Но «в регионах», это не значит — в пределах одной области, или одного округа, города. Потому что, минимальное число членов заложено жесткое — не менее 100 членов для строительства и 50 — для проектировщиков и изыскателей, чтобы эта СРО выглядела солидной и авторитетной. Чтобы она имела приличный компенсационный фонд, достаточный для возможности защищать права потребителя.
Да, в дополнение к одному из предыдущих Ваших вопросов, а как быть тем, у кого регион небольшой, с не очень развитой строительной отраслью, где может и не найтись ста приличных строительных организаций... Скажем, Чукотка или Камчатский край. Ничего страшного, объединяйтесь с соседями, с Магаданской областью, например. Самое главное, что допуски к производству опасных видов работ, вообще к строительству благодаря выдаваемому в СРО свидетельству действуют по всей территории Российской Федерации. С одной стороны, это исключает местничество, мол, никого «не пущу» в свой регион. А с другой — способствует обмену опытом и кадрами.
— Что в основном удалось в ходе подготовки и принятия Закона, а что нет?
— ...Удалось резко сократить роль государства в регулировании деятельности строительных организаций — здесь я имею в виду и проектные, изыскательские, и архитектурные, и собственно строительные. Потому что в первых вариантах, которые были предложены нам на обсуждение, там нельзя было отличить СРО от того, что есть сегодня, от чего мы хотим уйти. А тогда для чего саморегулируемость? Для чего все это заводить? Ведь она нужна для того, чтобы повысить самоконтроль, ответственность организаций за содеянное. Чтобы мы отвечали за свои действия перед потребителем, перед природой. Отвечали за членов этих организаций, так, как это делается во всем цивилизованном мире. Это удалось. Надо отдать должное и Правительству, и депутатам, они услышали наши доводы, и сегодня Закон в этом отношении более или менее сбалансирован.
А не удалось... Ну не смогли мы убедить ни Министерство, ни Комитет Думы вот в чем. Сегодня Законом предусмотрены три вида СРО: первый — в области изысканий, второй — в области архитектурного проектирования и третий — в области строительства, капитального ремонта и реконструкции. Мы же предлагали четыре вида. Четвертый — это комплексные предприятия и организации, которые сегодня выполняют все виды этих работ. В частности, именно такой является наша «КОРПОРАЦИЯ ИНЖТРАНССТРОЙ». Но не удалось нам доказать, что это нужно. Это, конечно, не смертельно, но сегодня таким организациям придется вступать сразу в три СРО, если они хотят заниматься всеми этими тремя видами деятельности. Безусловно, это лишние членские взносы и взносы в компенсационный фонд, лишние бумаги и т.п. Думаю, что в будущем жизнь покажет, что четвертый тип СРО тоже должен существовать.
— Многие спрашивают, а не слишком ли высока цена вхождения в ряды членов СРОС?
— Действительно, плата очень существенная. Вступительный взнос пока не оговорен, он будет оговариваться каждой СРО в соответствии с уставом и решением своих Советов. А вот что касается Компенсационного фонда, то он довольно жестко оговорен Законом. Для строительных организаций — 1 000 000 рублей, для проектных и изыскательских — 500 000 руб. Но есть оговорка. Если организация страхует гражданскую ответственность перед третьими лицами, то эта цифра значительно сокращается. Для строителей это уже 300 000 рублей, для остальных — не 500 000, а 150 000 рублей. Вполне подъемные суммы. Причем, страхование — это, конечно, цивилизованное действие и оно должно иметь место. На западе без этой процедуры — шагу не ступишь. Да и у нас, мы, имея дело с солидными заказчиками, уже по их требованию, как правило, страхуем свою деятельность, свои объекты, своих людей, свою технику. Иногда это даже включается в сметную стоимость. Но на стадии согласований и разработки проекта Закона высказывались мнения, что если сделать страхование обязательным, то это повлечет за собой увеличение сметной стоимости. Ну, у нас, к сожалению, пока еще такой дикий рынок... Страховые компании сразу взвинтят эти проценты, свои ставки. Поэтому принят мягкий вариант. До 1 января 2011 года — добровольное страхование, и если ты добровольно страхуешься, то платишь в компенсационный фонд значительно меньше. А с начала 2011 года будет страхование обязательное, и тогда, естественно, плата будет меньше. Это еще связано с тем, что наша страховая система пока несовершенна. Слабоваты пока страховые компании, нет жесткой системы, нет обязательности, правила игры не совсем отработаны. Я думаю, что как раз в течение этих двух лет все станет на свои места.
— Вопрос как человеку с опытом и госминистра, и бизнесмена, и общественного деятеля, с пониманием интересов всех участников процесса: к демократии ближе придвинемся мы с реализацией данного Закона, или все же в какой-то степени вернемся к классической «спокойной» системе «все в едином строю»?
— Побывав в ипостаси всех этих служб и должностей, я могу свое мнение высказать достаточно смело и откровенно. Ну, во-первых, по самому своему смыслу саморегулирование предусматривает демократичный подход к управлению той или иной отраслью, тем или иным производством. И потому предусматривает отход государства от выполнения многих функций, которые оно до этого времени осуществляло. Эта тенденция просматривается практически везде. Рынок требует именно такого подхода. Безусловно, принятие закона о саморегулировании освобождает наши предприятия и подразделения от излишнего контроля и надзора со стороны государственных органов. Поэтому те страхи, что, боясь всего нового, нагоняют некоторые консерваторы... они несостоятельны.
Почему сегодня никого не страшит необходимость идти в Федеральный лицензионный центр получать лицензию, платить деньги, чтобы получить право заниматься строительной деятельностью? Не вызывает вопросов необходимость регистрироваться в Минюсте, вставать на налоговый учет, выставлять сведения о себе на сайте в Интернете. Наконец, постоянно находиться под надзором правоохранительных органов, которые могут в любую минуту «заглянуть», иной раз даже в «масках-шоу», и начать изымать документы — без веских причин, но по наводке, скажем, конкурентов. Ведь все это сегодня имеет место. В саморегулировании я вижу демократизацию этих процессов и повышение ответственности — каждого члена СРО, ее руководства за действия всех своих членов. И перед потребителем, перед обществом. Причем, все это должно действовать на демократической основе. Вступление в СРО — дело добровольное. Управление осуществляется людьми, избранными самими членами и низовыми организациями на определенный период времени. Например, президент общества и генеральный директор Совета выбираются на 2 года.
— Если можно, пару слов о внутреннем урегулировании нештатных ситуаций в рамках СРО.
— Узким местом у нас сегодня являются различные разбирательства либо внутри строительных корпораций, либо между подрядчиками и субподрядчиками, либо между подрядчиками и заказчиками. Арбитражные суды часто просто не справляются с громадным объемом выносимых на рассмотрение дел. А новый Закон подчеркивает необходимость введения третейских судов, когда сами члены в рамках СРО будут с помощью третейских судов разбираться в своих отношениях.
Наконец, если допускается брак, наносится ущерб третьим лицам или организациям, сейчас с большими юридическими трудностями выявляются виновные, определяются и выплачиваются компенсации. Теперь же Закон предписывает создать Компенсационный фонд, страховать гражданскую ответственность исполнителя, что значительно облегчит процедуру получения компенсации потерпевшими. Это имеет большое значение, так как будет решаться почти автоматически.
Конечно, то, что это будут более самостоятельные организации, менее зависимые, допустим, от руководства области или города, не всем, может быть, и нравится. Да и в интересах дела, конечно, должна быть сохранена определенная управляемость СРО со стороны регионального руководства. Но здесь есть элементарные правила этики, когда грамотные, вменяемые люди могут и обязаны наладить между собой хорошие, конструктивные, деловые отношения. Многие губернаторы уже сегодня, на стадии формирования СРО уделяют этому внимание, в первую очередь составу СРО, процессу определения состава руководящих органов СРО. Я знаю это, познакомившись с тем, как идут дела в Санкт-Петербурге, в Краснодарском крае, в Москве. У нас была встреча у Ресина (Ресин В.И. — руководитель Комплекса архитектуры, строительства, развития и реконструкции города Москвы, — прим. редакции) как раз по этим вопросам. Важно, чтобы в руководстве СРО были солидные, авторитетные, ответственные и компетентные люди.
— Поскольку в нашей беседе уже звучало понятие «демократичность», позвольте вопрос, довольно тревожно задаваемый многими провинциалами, в частности не только российскими, но и, скажем, белорусскими нашими коллегами: не останутся ли те же белорусы, чей опыт, технологии, производство (при оптимальном соотношении «цена-качество») стройматериалов никак не лишни для нас «за бортом» российского рынка?
— Сегодня как белорусские коллеги у нас работают? Если говорить о поставке строительных материалов, конструкций (а у них неплохой пенобетон, газобетон, кирпич), то, если хотят нормально работать на российском рынке, пусть проходят добровольную сертификацию продукции в российских органах и продают ее у нас. Благо, что таможенные пошлины теперь отсутствуют.
Что касается строительства, то они получают лицензии в наших лицензионных центрах. Я думаю, что никто не запрещает им обратиться в СРО, стать ее членом и получить допуск к определенным видам работ.
— Это прописано в Уставе?
— Устава сейчас нет как такового. Уставные документы только разрабатываются, свой Устав — для каждой СРО. Но чтобы упорядочить эти разработки, помочь региональным организациям, унифицировать подходы к подготовке этих важных юридических документов, мы хотим сегодня разработать примерные, типовые документы, правила, стандарты, которые могли бы быть применимы во всех организациях. Хотя, конечно, в разных регионах своя специфика, которая имеет право быть отраженной в документах той или иной региональной организации СРО. В рамках некоммерческого партнерства Межрегиональное объединение строителей мы разработали следующие документы — типовое уведомление о проведении собрания, протокол собрания, Устав некоммерческого партнерства, Заявление в Минюст о государственной регистрации, что требует большой коллегиальной работы. Ведь необходимо по максимуму учесть все возможные и важные нюансы. И делаем мы эту работу пока что в рамках координационного совета. Что касается зарубежных строительных организаций, работающих и желающих работать в России, они, думается, должны иметь возможность вступить в российские СРО.
В свое время, когда я был еще министром, мы создали межгосударственный совет министров строительства стран СНГ. Он существует и поныне. Собирались регулярно — два раза в год. В рамках этого Совета мы (прежде всего, Россия, конечно. Потому что мы нарабатывали СНИПы, правила, Законы, в том числе об инвестиционной политике, о жилищной политике. Это было очень актуально.) с ними делились всем этим. И тогда было принято решение, согласно которому лицензии, выданные на территории республик, действовали на всей территории СНГ. Тогда. В тех условиях, это, несомненно, было очень важно.
А теперь... я считаю, что в принципе СРО могут принимать в свои ряды иностранные организации, работающие на территории России. Это же некоммерческое партнерство. Это — общественная организация. Поэтому, если, допустим, «Штрабаг» желает работать у нас в России, если он ответственен и хочет отвечать за безопасность тех работ, которые выполняет, и тех объектов которые возводит, то, конечно, он должен вступить в эту организацию, внести членские взносы и взнос в компенсационный фонд, подчиниться Уставу, правилам и стандартам, выработанным на территории России, получить допуск и, пожалуйста, спокойно работай. Тут нет никакой политики. Пришел в чужой монастырь, уважай его устав. Мне кажется, это логично.
— Ваши, уважаемый Ефим Владимирович, хотя бы предварительные прогнозы, видение развития системы саморегулирования в строительной отрасли России на ближайшую перспективу. В общих чертах и, если уже что-то есть, в частности. Может быть о скрытых проблемах, так называемых «подводных камнях»?
— Подводные камни есть. Страшно противились люди, занимающиеся лицензированием. Это — очень доходная статья. Взимались большие деньги, и не каждому хотелось от этой кормушки отойти. Сейчас многие пугаются и жалуются, особенно малые предприятия. Дескать, нас обезоружили, с нас хотят содрать большие деньги. Ну, во-первых, малые предприятия вряд ли выполняют основные работы на крупных объектах, строительство которого требует допуска. Пожалуйста, работайте самостоятельно, выступайте субподрядчиками у крупных подрядчиков. Сегодня, кстати, это одна из лазеек, когда на аукцион по крупному проекту выходит мелкая, никому не известная, ни в чем себя не зарекомендовавшая компания, объявляет демпинговую цену и получает право строить ответственнейший объект. И вроде бы все по закону. А вот с развитием системы СРО, которая дает допуски, эта лазейка будет исключена.
— А плюсы?
— Плюсы... Многое будет зависеть от кадров. Я понимаю, что состав членов самих СРО уже предопределен. Но главное остается главным — люди, кадры, руководство. Очень важно подойти скрупулезно к выборам президента, генерального директора, Совета СРО или некоммерческого партнерства. Чтобы туда попали действительно авторитетные, добросовестные, ответственные люди, профессионалы своего дела. Я думаю, что это произойдет, потому что делается это на демократической основе. Причем, законом оговорено, что две трети в постоянно действующем коллегиальном органе должны быть членами этих организаций, а одна треть должна вообще быть независимой. Конечно, очень нужны классные юристы, экономисты. Уверен, что в подборе кадров будут принимать активное участие местные территориальные руководители. Они заинтересованы в дееспособности работающих в регионе СРО. Думаю, надо будет обязательно использовать лучшие кадры нынешних лицензионных центров, знающих свое дело, умеющих грамотно работать с документацией.
Важный принцип в работе СРО — прозрачность и при выдаче допусков, и при расходовании компенсационного фонда. Тем более, что законом точно оговорено, на какие цели может тратиться этот фонд: он не может быть направлен на покупку каких-то акций, например. Закон запрещает руководству СРО покупать акции организаций, членов этой СРО.
Создание СРО повысит вескость слова специалиста в самых различных коридорах власти. Это — союз профессионалов, практиков. СРО будет, я уверен, привлечено в регионах к активному участию в разработке генпланов, планов развития, в тендерных комиссиях. У нас самая большая беда — эти келейные тендерные комиссии. На национальном, всероссийском уровне будет более тесная и эффективная связь с органами надзора, с министерствами и ведомствами. Более того, наличие третейского суда позволит гораздо эффективнее, чем ранее только с помощью арбитражных судов, о чем я уже говорил, разрешать конфликтные ситуации внутри СРО. И еще — поможет оградить наши организации и предприятия от чиновничьего или правоохранительного произвола, от «масок-шоу», необоснованного изъятия документов. В Законе четко записано, что плановые проверки предусматриваются одного раза в два года. Чаще только если есть веские причины у правоохранительных органов, чрезвычайные обстоятельства.
Система саморегулирования будет развиваться. Важно — не упустить время, потому что сегодня многие пугают: смотрите, уже год кончается, а СРО еще практически нет, действие лицензий распространяется только до января 2010 года, а дальше будет действовать только допуск, а если не успеем эти допуски выдать, значит все остановится, давайте, мол, будем продлевать действие лицензий, сохранять лицензионные центры, и т.д., и т.п...
Перечень опасных видов работ Правительство, а точнее Минрегионразвития, должно выдать и обнародовать не позднее трех месяцев после выхода в свет Закона. Три месяца скоро истекают, а перечня этого пока нет. Опять будут разговоры. Наконец, повторюсь, сегодня еще не определен орган, регулирующий деятельность СРО. В Законе сказано, что орган этот назначает Правительство. Кто может претендовать на данную роль — Ростехнадзор, Минрегионразвития, Минюст, Минэкономразвития? Наконец, кто будет вести реестр СРО?
Вот сейчас мы подали заявку на создание некоммерческого партнерства в Минюст. Нас зарегистрируют. А дальше мы должны на базе этого НО создать СРО. Кто это СРО будет регистрировать? Пока еще неясно, кому подавать документы. Проволочки и срывы будут только на руку противникам этого начинания.
А в целом, я убежден, мы начали большое и важное дело.
— Спасибо, Ефим Владимирович.
По материалам: газета «Инвестиции и строительство»
Теги: проблемы сро, СРО
Ваш отзыв